Миграционный кризис: Путин в засаде, диалектика Лукашенко и ЕС на распутье

Sputnik/Krenlin pool

Атака мигрантами, продолжающаяся на западных границах Беларуси не первый месяц, в последние недели вышла на новые рубежи. Она стала не только главной темой мировых медиа, но и создает угрозу единству Европейского Союза. Впрочем, проблемы есть и у его инициаторов.

Но обо всем по порядку. Прежде всего, режим Лукашенко является только исполнителем, если хотите – диспетчером давления на Польшу и Литву (Латвия практически не ощущает присутствия мигрантов на своей границе с Беларусью). Хотя Лукашенко еще несколько лет назад обещал использовать мигрантов, чтобы сделать Европейский Союз более сговорчивым, за его спиной сегодня виднеется Владимир Путин. Российского президента на общеевропейском уровне не рискуют назвать причастным к миграционному кризису, в Кремле предпочитают говорить о посредничестве в его урегулировании.

Многие журналисты и эксперты еще не забыли о миграционном кризисе 2015 -2016 годов, когда около миллиона выходцев с Ближнего Востока и Северной Африки, драматично оказавшихся на европейском побережье Средиземного моря, продвигались в сторону «земли обетованной» – Германии. Та приняла больше половины тогдашних беженцев, а Польша и Венгрия отказались их оставлять у себя наотрез. Решение суда ЕС, признавшего незаконным  отказ Польши, Венгрии и Чехии размещать беженцев, было вынесено в 2020 году и могло разве что углубить противоречия между членами Европейского Союза. Несколько десятков беженцев, временно осевших в каждой из балтийских стран, задержались в них ненадолго, переехав в Германию, Францию, Великобританию.

Отмечу еще одну особенность, важную для понимания ситуации. В отличие от 2015-2016 годов, на территории Беларуси сосредоточены именно мигранты, каждый из которых заплатил по несколько тысяч долларов, чтобы оказаться поближе к границам Европейского Союза. Большинство из них составляют курды – представители самой большой в мире нации без государства, немало родственников и друзей которых осели в Германии и странах Западной Европы. Но белорусские и российские медиа предпочитают продвигать термин «беженцы», вызывающий сочувствие у европейских обывателей и правозащитников.

Технологическая реализация нынешнего  кризиса выглядит продуманной.  Кремль предварительно изучил нормативные документы Литвы и Польши, после чего еще летом начал процесс заполнения лагерей для мигрантов на территории крупнейшей из стран Балтии. Буквально в июле они были переполнены, после чего острие гибридной атаки было направлено против Польши. Введение режима чрезвычайной ситуации в приграничных районах Литвы и Польши сыграло на руку Беларуси и России, поскольку существенно ограничило возможности местных журналистов для освещения ситуации. В итоге практически весь мир получил возможность наблюдать снятые белорусскими и российскими пропагандистами кадры из лагеря мигрантов, в которых элементы постправды становятся очень заметными. Как иначе объяснить, что нам предлагают увидеть прежде всего страдания женщин и детей, а не оценить многочисленность молодых мужчин, составляющих большинство в лагере мигрантов у пункта пропуска «Брузги – Кузница».  И эти профессионально вызывающие сострадание сюжеты выглядят куда более привлекательными, чем заявления представителей литовских или польских властей.

Позиция России заслуживает отдельного внимания. Кремль отчетливо виднеется за спиной Лукашенко, однако большинство стран Европейского Союза предпочитает бичевать нелегитимного белорусского президента, а не консолидироваться для ответа на гибридное российское давление. Владимир Путин стремится расшатать ЕС, выбрав объектом своей атаки государства, в которых сильны консервативные настроения.  Здесь можно выделить тактическую цель – скорейший запуск NordStream2 на фоне противоречий между странами ЕС и стратегическое стремление развалить Европейский Союз изнутри. В Кремле, вероятнее всего, учли и заметные противоречия между Варшавой и Брюсселем, наблюдавшиеся в последнее время. При этом польский премьер Матеуш Моравецкий подчеркнул, что Польша в данном случае защищает всю Европу от нашествия мигрантов.

В любопытном положении оказался Александр Лукашенко, выигравший у Путина в этом году соревнование за статус «последнего диктатора Европы». После принудительной посадки самолета с Романом Протасевичем на борту Лукашенко закрепил за собой имидж политика, с которым крайне сложно вести диалог. Но сосредоточение мигрантов на границе Беларуси с Польшей, подкрепленное просьбой Путина, заставило и.о.канцлера Германии Ангелу Меркель провести два телефонных разговора с Лукашенко. Их белорусская пропаганда, с августа 2020 года курируемая Россией, попыталась выдать за признание Александра Лукашенко легитимным главой Беларуси, но это не так. Отмечу, что президент Польши Анджей Дуда заверил, что его страна не станет выполнять любые договоренности между Германией и Беларусью, достигнутые без ее участия, а G-7 осудила действие белорусских властей в миграционном кризисе и высказала солидарность с Польшей и странами Балтии.

Резонансный и чувствительный миграционный кризис не может продолжаться бесконечно. Его разрешение будут подталкивать не только стойкость польских военных и пограничников, но и приближающиеся рождественские праздники, которые будут перебивать даже мощные информационные сигналы. Возможное ухудшение погодных условий вряд ли добавит энтузиазма мигрантам на границе. Еще один фактор – формирование нового формата коалиции в Германии, где новый канцлер Олаф Шольц куда более скептичен в отношении Лукашенко.  Поэтому инициаторам кризиса на границе придется действовать быстрее, более отчетливо демонстрируя свои намерения.

Евген МАГДА, Институт мировой политики

Autorius:
Voras Online
Žiūrėti visus straipsnius
Palikite komentarą

Autorius: Voras Online