С кем воюем? До конца еще сами не знаем …

Уже некоторое время говорится о гибридной войне на литовской границе. Так что я не буду повторять то, что уже было сказано о заговорах Лукашенко и Путина против нас. Я попытаюсь посмотреть под другим «углом» – почему мы не достигаем успеха и почему мы, превосходящие их в военном и во многих других отношениях, не побеждаем.

Война, согласно классическим теориям, — это форма политики, правда, весьма неприятная и дорогостоящая во всех отношениях.

Каждая большая война заканчивается с мыслью, что эта война будет последней, что больше не будет войн, потому что мы действительно не хотим их. До недавнего времени я почти всегда слышал, что и нам не с кем воевать.  Маленькие не нападут, а от более крупных мы все равно не защитимся…и еще – разговоры о том, что все определяется экономикой, никогда не подтвердились, но таким речам верят снова и снова. Войны происходят не из-за этого …

Разве не странно, что мы в самом деле воюем не из-за больших денег, мы участвуем в войне, которая нам даже и не снилась, а у нашей границы толпятся люди, которых мы даже врагами не считаем. Мы являемся частью сильнейшего оборонного альянса в мире, но не знаем, защитимся ли. Что еще хуже, неизвестно, действительно ли нужно защищаться от тех, кто нападает на нас (в самом прямом смысле этого слова), неизвестно, имеем ли мы право в соответствии с действующим законодательством защищать себя и всю Европу. … и еще много других вопросов.

Сегодня можем найти горы документов, договоров и конвенций, регулирующих правила ведения войны, этику воюющих, права и обязанности комбатантов и гражданских лиц, о запрещенном и незапрещенном оружии.

Но против нас сегодня цинично воюют без всяких правил. 11-го сентября 2001 года группа террористов осуществила классическим ставшее нападение на США и, как позже было решено, на НАТО в целом. На Америку напали без выстрела, на нее не напала какая-то конкретная страна, нападавшие не были одеты в форму и не имели никаких опознавательных знаков, они уничтожили себя, поэтому их не нужно было «изгнать» с территории НАТО. Войны в Сирии, Афганистане, в секторе Газа часто напоминают соревнования, игроки которых на одном поле играют в разные игры. Неудивительно, что, несмотря на такое очевидное боевое и техническое преимущество «правильных», войну выигрывают (или, по крайней мере, вызывают напряжение) те, кто …их не соблюдают.

Войны в XXI веке, которых называют гибридными и другими причудливыми названиями, в основном представляют собой войны преступников против правопорядка. Государство воюет все меньше и меньше. Воюет что-то неопределенное, но это что-то является серьезной угрозой реально правовым государствам. Те, кто воюют по правилам, считают, что со слоном должен сражаться слон, и тогда слон меньшего размера, естественно, проиграет более сильному слону. Те, кто воюют, не соблюдая правил, могут использовать против слона не силу, которую он ожидает, а совсем формально беспомощный вирус. В руках тех, кто не следует правилам, находятся средства, которые мы традиционно все еще называем оружием массового уничтожения, хотя на самом деле они являются оружием создания общественного хаоса. Еще начало XX века показало, что люди панически боятся новых болезней, длительной радиации и массовых хронических отравлений, а те, кто воюют без правил, такие угрозы и могут «предложить». Теперь предлагают мигрантов, «переодетых» в беженцев, которых мы по международному праву обязаны… принять по одежде.

Перед нами сегодня мирные жители, которых мы скорее должны защищать, а не уничтожать, но они являются той опасной частью войны, вирусом, которого мы не имеем права пускать на нашу территорию.

Использование гражданских лиц в войне – не новое изобретение. В последние десятилетия почти каждая серьезная война не обходится без (часто искусственно созданной) волны беженцев и гуманитарной катастрофы. Гражданское население, как живые щиты, обычное явление на Ближнем Востоке, оно «оправдалось» в войнах в бывшей Югославии. Таким образом, в ближайшем будущем следует ожидать так называемых неконвенционных войн. А такие неконвенционные средства могут приобрести и небогатые, небольшие сообщества.

Их военная стратегия – парализовать и деморализовать противника, а не создать новое политическое качество. Если мы начинаем расходиться во мнениях, как действовать дальше – соперник может сказать, что выигрывает он. Хотя бы что-то …

Кстати, еще есть и международные организации безопасности … Они создаются для того, чтобы государства жили в согласии. Вначале обычно так и бывает, но в конечном итоге они вырождаются – распадаются на политические фракции и группы «интересов», вместо согласия превращаются в форумы для споров и наказывают тех, кто не следует правилам. Сами организации «одинозавриваются –

создают очень длинные и запутанные уставы и программы деятельности, но они становятся совершенно негибкими, потому что они никоим образом не защищают ни от террористов, которые прикрываютя священным писанием, ни от новых вирусов, ни от эмоционального исключительного права защищать истинные или ложные ценности. Так что, в конце концов, следует вспомнить уже забытый концепт Нового Средневековья – вопрос войны решался локально, и правила были совсем не глобальными.

А в войне или диалоге с реальными или фиктивными беженцами действуют три принципа. Гуманитарный – нужно помочь людям, попавшим в трудное положение. Мы так и делаем, мы действительно помогаем, помогает Европейский Союз, помогает и Литва. Принцип безопасности – мы – страна ЕС и НАТО, охраняющая внешнюю границу обоих сообществ. Защищать – это не только наше право, это наш долг. И дело не в том – впускать или не впускать, обязанность обеспечивать безопасность, и здесь нет места для сентиментального нытья. Здесь поле боя. Есть и принцип выбора. Мы имеем право предоставлять вид на жительство или даже объявить своими гражданами людей в соответствии с выбранной нами логикой и законами. Здесь, как уж нам покажется …

Войну начали не мы, но ее первые волны отбили, заставив противников искать решений и действий, к которым они, как кажется, не были серьезно подготовлены. Следовательно, не так уж здесь все плохо.

А что плохо?

Наша геополитическая стратегия совершенно негодная. Мы ведем себя как выигрывающая «по определению» сторона, а это не так.   Принцип политики ЕС и НАТО – не развитие геополитики, а так называемое кризисное реагирование. Это означает, что сценарии для истории пишут другие люди – Путин или Xi, это они играют белыми фигурами, а мы реагируем нотами и опасениями, но с гордостью думаем, что они все равно проиграют. Мы ведь … всякие там демократы и т.п…

Наша тактика устарела. Всем хорошо известно, что большие государства склонны разговаривать с меньшими по отдельности, а не с большими альянсами. Российский диктатор так и поступает …и более мелкие поддаются искушению стать какими-то партнерами дискуссий Путина…

Небольшой post scriptum. Я попытался исследовать различные стены-заборы в истории человечества. И что случилось с ними и их строителями. Вот какие результаты исследования. Строительство стены-забора имеет политический смысл и смысл с точки зрения безопасности. Однако исторический опыт учит – те, кто построили забор только для того, чтобы спрятаться за ним и не интересоваться тем, что происходит на «другой» стороне, плохо кончили. Забор не помог. Те, кто построили забор и попытались превратить противника за забором в друга, чаще всего побеждали. Поэтому и в этой гибридной войне для победы недостаточно защитить свою сторону забора, победа требует изменения порядка и в другой… Нам не все равно, какая власть в Минске и еще дальше …

Эгидиюс Варейкис

Autorius:
Voras Online
Žiūrėti visus straipsnius
Palikite komentarą

Autorius: Voras Online