G-6Z6YWBKSCF

Шестой месяц войны: почему Украина не проиграла и как изменилась ее стратегия

3 июля российские издания распространили новость, что глава Минобороны РФ Сергей Шойгу доложил президенту России Владимиру Путину якобы об освобождении «ЛНР». Незадолго до этого украинские войска отступили из Лисичанска с минимальными потерями. По состоянию на 25 июля 2022 года линия фронта больше не изменилась. Формально при встрече с Шойгу российский президент Путин заявил, что подразделениями «нужно отдохнуть и восстановиться», но если почитать военные сводки, то можно увидеть, что буквально на следующий день после встречи российского министра обороны и президента бои активизировались. Впрочем, без видимого успеха.

Интересно, что в начале июля советник главы ОП Алексей Арестович сделал громкое заявление, что Лисичанск – это последний большой город, который удалось захватить российским войскам. Можно по-разному относиться к высказываниям Арестовича, но попробуем разобраться, что же происходит на фронте.

Алексей Копытько, советник Министра обороны Украины, вспоминает, что в феврале-марте Украина находилась в сложнейшей ситуации. Перед наступлением россияне просчитали на сколько хватит вооружения у украинской армии при ведении интенсивных боев. Нужно отметить, что на протяжении несколько лет на украинских складах с БК (боекомплектом) совершались диверсии, вследствие взрывов и массовой детонации боеприпасов страна потеряла сотни снарядов. Началась война и срок, в который Украина должна была потерять способность вести активные боевые действия, оценивался в два месяца.

«Россияне были прекрасно осведомлены, какими силами и средствами мы располагали после уничтожения наших арсеналов в предыдущие годы. Также они наверняка представляли, какой ресурс в виде советских вооружений мы теоретически можем привлечь (купить со складов, получить из действующих армий, заказать производство и получить в сжатые сроки). Отступление из северных регионов Киева и Чернигова было для них неприятным, но рациональным решением – россияне сохраняли тотальное преимущество на короткий и средний срок», – рассказывает Копытько.

Критический момент для украинской армии настал в мае – тогда количество снарядов советских образцов, снизилось до минимальных показателей, а поток иностранных вооружений только набирал ход. Именно в этот месяц Украина понесла самые тяжелые потери, которые озвучивал президент Владимир Зеленский – бывали дни, когда гибли около 100 солдат в день и в несколько раз больше раненых. Россияне выстреливали в двадцать раз больше снарядов, чем украинцы, поэтому большая часть погибших была именно из-за артобстрелов. Так автору известно о некоторых подразделениях, которые в те дни теряли из 100 человек 70 убитыми и ранеными.

«Массовый героизм наших воинов позволил выиграть нам время. Защитники Мариуполя, Изюма, Попасной и других городов дорогой ценой купили Украине шанс на победу», – говорит Копытько.

Весной на фронте стали появляться первые гаубицы 155 мм и постепенно у украинской армии появилась возможность проводить контрбатарейную борьбу – то есть подавлять артиллерию противника. В конце июня и начале июля появился еще один важный фактор – в Украину прибыли американские реактивные системы залпового огня (РСЗО) HIMARS с возможностью стрельбы около 80 км. За несколько недель вооруженные силы Украины (ВСУ) поразило более 50 целей, — склады боекомплектов (БК), нефтебазы, пункты управления. Причем до сих пор каждый день приходят новости о взорванных складах россиян, в среднем по три единицы за сутки.

Важно понимать, что некоторые аналитики назвали это переломным моментом в войне: россияне будут вынуждены рассредоточивать боеприпасы по маленьким складам, что значительно усложняет логистику. Тем самым армия РФ не сможет массово обстреливать наши позиции и агрессивно наступать. Именно на «коротком плече» – то есть небольшом расстоянии подвозки от склада до фронта и держалась стратегия России «поливать» артиллерийским огнем украинские позиции.

Военный аналитик Виктор Кевлюк поясняет, что сейчас россияне овладевают новой для них тактикой логистики «с колес – на передовую», но, чтобы действовать так, нужен навык, в частности, методика планирования таких действий. При этом можно наблюдать снижение количества и продолжительности огневых налетов артиллерии противника. Три фактора, которые на это повлияли: потери орудий, потери боекомплекта, боязнь длительное время действовать с одной и той же огневой позиции, говорит Кевлюк.

Он называет еще один фактор – плохую управляемость различных подразделений российской армии.

«Проблема заключается в российском патернализме, как системообразующем факторе системы управления: невозможно эффективно управлять БТГр [батальонно-тактической группой], смысл образования которых – децентрализованное применение, – применяя сверхжесткую централизованную систему управления. Это так не работает, потому что противоречит сути создания БТГр. Второй фактор — недоверие к подчиненным инстанциям, что подтверждается гибелью высоких российских чинов, выдвигаемых в боевые порядки, оставляющих свои пункты управления в глубине оперативного построения. Или сразу разворачивают свои командные пункты поближе к передовой, ведь склонны дублировать младшие звенья управления. Третий фактор — значительные потери офицеров тактического звена и отсутствие их адекватной замены. Четвертый фактор — отсутствие профессионально подготовленных сержантов», – считает Кевлюк.

Эти моменты в совокупности с потерей возможности применять массово артиллерию значительно замедлили продвижение российских войск. При этом Кевлюк скептически относится к эффективной мобилизации и поясняет, что имеет в виду. Теоретически РФ располагает огромным мобилизационным ресурсом, но распорядиться им она не может. Война против Украины не находит отклика в российском обществе. Поддержку действиям Кремля выражают преимущественно те, кто гарантированно не будет брошен Москвой в мясорубку, то есть – пропагандисты и чиновники.

У РФ не существует ресурсных возможностей собрать, подготовить, обеспечить и отправить в Украину 200 тыс. новых бойцов, чтобы быстро переломить ход войны. Хотя наблюдается новый тренд – в российских республиках набирают аналоги украинских «добробатов» (батальон добровольцев), но по национальному признаку.

«Попытки формирования подразделений в национальных административно-территориальных единицах России с одной стороны имитирует наличие добровольцев, а с другой позволяет местным национальным элитам образовать накануне распада РФ свои военные формирования, ведь неизвестно, насколько мирно этот распад произойдет. Временно интересы Москвы и национальных окраин совпали. Но это палка о двух концах – российские республики получают военизированные части, и кто знает, как их можно будет использовать в случае свершения или смерти Путина?», – рассуждает Кевлюк.

В свою очередь военный эксперт Константин Машовец говорит о стратегии ВСУ в ближайшие месяцы. Он считает, что украинское военное командование наконец отошло от концепций советской военной школы, которая предполагает определенный стиль наступления – массовую атаку большим количеством войск и концентрацией превосходящих сил на направлениях главного удара. Именно так пытались воевать россияне, а украинская армия сейчас реализует принципы так называемой «войны нового типа».

Машовец поясняет, что этот метод ведения войны не предусматривает быстрых массированных атак наземных войск в стиле Первой или Второй мировых войн. Тем самым армия уходит от существенных потерь в живой силе и военной технике. «Война нового типа» базируется на принципе так называемого «постепенного размягчения» группировок войск противника, за счет преимущества в средствах разведки и огневого поражения.

«Главным смыслом такого принципа является принуждение противника к уходу или капитуляции «дистанционным» методом – бить по логистике, пунктам управления, создать условия, когда противник не сможет не только наступать, но даже удерживать территорию. Артиллерийские и ракетные удары в течении многих недель по важным узлам противника. Только на конечном этапе такой принципе ведения войны ВСУ предполагает ограниченное наземное наступление», – говорит Машовец.

Также он анонсирует скорое подобное «контрнаступление» на определенном участке фронта, очевидно, намекая на Херсон и южный участок линии соприкосновения.

Резюмируя, можно сказать, что украинская армия пережила наиболее страшные месяцы с большими потерями. Но в конечном счете, благодаря медленному, пусть и не достаточному потоку западного современного вооружения, Украина оставить наступление российской армии, значительно уменьшив ее наступательный потенциал.

В ближайшие месяцы военные действия продолжатся, и стратегия украинского командования в медленном перемалывании российских войск переходит на новый уровень с учетом поступления еще большего количества HIMARS, ракет дальнего действия, высокоточных снарядов, танков. И, как уже было официально подвержено – обучение украинских пилотов на западных самолетах уже началось, а значит в украинском небе вскоре появятся современные самолеты F -15 или F-16, что также может стать весомы фактором для украинской победы.

Максим Бутченко

 

Autorius:
Voras.online
Žiūrėti visus straipsnius
Palikite komentarą

2 комментария
Autorius: Voras.online