Вечная война и вечная Победа

В этом году будет отмечаться 75-летие со дня окончания Второй мировой войны. В Европе эта война закончилась 8 мая, а официальное завершение этого глобального конфликта должно отмечаться 2 сентября – вспоминая годовщину капитуляции Японии. Однако немного п…

В этом году будет отмечаться 75-летие со дня окончания Второй мировой войны. В Европе эта война закончилась 8 мая, а официальное завершение этого глобального конфликта должно отмечаться 2 сентября – вспоминая годовщину капитуляции Японии. Однако немного по-другому нарратив обсуждаемых исторических событий интерпретируется в России. Там 9 мая помпезно будет отмечаться День Победы. В данном случае речь идет не только о государственном празднике, но и о существенном историческом повествовании, которое укоренилось в массовом сознании российского общества. Этот нарратив в руках Москвы становится не только мобилизующим средством, но и инструментом, активно используемым в пропаганде.
О какой войне говорит Москва
Нетрудно заметить, что в России в контексте упомянутых исторических событий говорится не о Второй мировой войне, а о Великой Отечественной войне. В российском контексте эти два названия войн часто используются как синонимичные, но здесь, на самом деле, есть важный нюанс. Великой Отечественной войной в России называют период с 22 июня 1941 года по 8 мая 1945 года (по московскому времени – 9 мая). Другими словами, в России любят говорить о том этапе войны, когда нацистская Германия напала на Советский Союз.
Однако Вторая мировая война началась 1 сентября 1939 года, когда нацистская Германия напала на Польшу. Кстати, Советский Союз втянулся в эту войну тоже не в 1941 году. Стоит вспомнить, что Москва напала на Польшу 17 сентября 1939 года, по сути, выступая в качестве союзника нацистской Германии. Все это в сущности было предвидено в секретных протоколах, сопровождающих договор о ненападении между нацистской Германией и Советским Союзом, который лучше известен как пакт Молотова-Риббентропа, подписанный 28 августа того же года.
Всем, кто интересуется спецификой этого исторического периода, я бы посоветовал найти в Интернете ноту, которую комиссар иностранных дел СССР Вячеслав Молотов 17 сентября 1939 года в Москве вручил Вацлаву Гржибовскому, послу Польши в Москве (кстати, последний отказался принять эту ноту). В упомянутом дипломатическом документе вина за начало войны переложена на Польшу, а агрессия против страны, защищающейся от нацистов, оправдана целью “защиты кровных братьев белорусов и украинцев “, проживающих на территории Польши.
К событиям Второй мировой войны хронологически можно причислить и Зимнюю войну Советского Союза с Финляндией, а также оккупацию  стран Балтии летом 1940 года. Однако все эти события очень неблагоприятны для российской пропаганды, и, как уже упоминалось выше, Москва началом актуальной для себя войны считает 22 июня 1941 года.
Историческая перспектива и
Казалось бы, 75-летний период достаточно длинный, чтобы о тех событиях уже можно было говорить достаточно спокойно, применяя к подходу философскую призму. С другой стороны –  иногда кажется, что Вторая мировая война еще не закончилась – особенно в головах московских идеологов. Из-за Победы, которая отмечается в России 9 мая, яростно ведется борьба каждый год. Кстати, в этом году можно ожидать еще более жестких пропагандистских  и идеологических баталий, потому что, как уже упоминалось, сам год – юбилейный.
Российский социолог Лев Гудков установил, что Великая Отечественная война и победа в ней является важнейшим историческим событием 20-го века, коренящимся в головах нынешних жителей России (см. Сборник статей Л.Гудкова, «Негативная идентичность», Москва, 2004). По своему значению, по оценкам населения России, это историческое событие уступает даже полету Юрия Гагарина в космос.
С одной стороны, такая ситуация возникла потому, что культ Победы начали создавать еще в советское время. Этому способствовала как советская пропаганда, так и, как можно сказать, употребляя современные термины, креативные индустрии того времени. Образы войны и Победы были закреплены в книгах, фильмах, песнях и т. п. Однако, здесь можно увидеть и обратный процесс. Нынешней российской пропаганде удобно использовать культ Победы (манипулировать нарративами, связанными с Великой Отечественной войной), потому что он успешно укоренился в сознании людей и принуждает людей чувствительно реагировать на любую информацию, связанную с этим нарративом.
ому больше всего достается?
Воспользовавшись Победой (и всем нарративом Великой Отечественной войны), Кремль в своих нынешних пропагандистских усилиях возвращается не просто к советскому, но к советскому нарративу 1939 года. Здесь можно вспомнить только несколько элементов, связанных с попытками изобразить пакт Молотова-Риббентропа как стратегический маневр Сталина (якобы, чтобы выиграть время и задержать агрессию Германии против Советского Союза), параллельно подчеркивая, что и другие государства подписывали подобные договоры с нацистской Германией, и даже опять обвиняя Польшу в провоцировании войны.
Эскалацию таких нарративов можно было заметить еще в августе прошлого года, когда пакту Молотова-Риббентропа исполнилось 80 лет. С другой стороны, только Советский Союз, подписывая соглашение с Германией, заключил и секретные протоколы, согласно которым были разделены сферы влияния в Европе. Таким образом, сравнивать пакт Молотова-Риббентропа и соглашения других государств с нацистской Германией по упомянутой причине было бы некорректно.
Героические рассказы о Великой Отечественной войне идут рядом с рассказами о «бандитах» и «нацистских приспешниках» в странах Балтии, т.е. «лесных братьях». Для Москвы этот нарратив, или такой аспект повествования, очень важен, потому что признание того, что в послевоенное время в странах Балтии (и на Украине) проходила борьба за независимость потребует признания факта оккупации 1940-ого года. Кремль, очевидно, не собирается этого делать.
Москве также приходтся эскалировать тему «польской вины», чтобы отвлечь дискуссию от других довольно широко известных фактов. Достаточно упомянуть только двух из них –
расстрел польских офицеров в Катыни (кстати, снова пытаются освежить нарратив о том, что они на самом деле жертвы нацизма) и промедление Красной Армии – которая в России изображается как «освободитель Европы» – прийти на помощь участникам Варшавского восстания.
С другой стороны, русский мифологизированный рассказ о великой Победе на официальном уровне очищен от всех сложных, нежелательных или просто опасных для этого повествования  аспектов. Обвиняя других в «переписывании истории», сама Москва активно занимается конструированием истории. В этом процессе, немало умолчаний или даже фальсификаций.
С другой стороны, следует понимать, что обвинение Польши в провоцировании войны или рассуждения о том, что в странах Балтии были убиты все евреи (вспоминая речь Владимира Путина в Израиле на праздновании Холокоста 23 января этого года), являются скорее отражением текущей ситуации, чем поиском исторической правды. И Польша, и страны Балтии рассматриваются в Москве как геополитические враги, а, точнее, как компоненты более крупных геополитических врагов, таких как НАТО или ЕС.
Юбилейный год, в сущности, благоприятный для эскалации соответствующих нарративов. Кремль, конечно, не откажется от этого. Можно прогнозировать, что резкая и агрессивная актуализация «большой Победы» и других сателлитных нарративов (о «неблагодарной Европе, забывшей о своих освободителях» и «фашизме в государствах Балтии») в российском информационном пространстве с попытками продвинуть эти нарративы и в эфир других государств, будет усиляться до 9 мая и достигнет пика именно во время празднования Дня Победы. Позже это информационное наступление может немного стихнуть, но уж точно не исчезнет.
Виктор Денисенко

Autorius:
Voras Online
Žiūrėti visus straipsnius
Palikite komentarą

Autorius: Voras Online