Геополитика вечной мерзлоты

ских ссыльных «земля вечной мерзлоты» стала метафорой советского зла и ассоциируется с чем-то очень негостеприимным, отвратительным и просто ненавистным. Если бы мы сказали этим ссыльным, что наступает время, когда вечную мерзлоту нужно беречь и лелеять, …

ских ссыльных «земля вечной мерзлоты» стала метафорой советского зла и ассоциируется с чем-то очень негостеприимным, отвратительным и просто ненавистным. Если бы мы сказали этим ссыльным, что наступает время, когда вечную мерзлоту нужно беречь и лелеять, мы, вероятно, остались бы непонятыми.
А правда в том, что климат нагревается, тают не только ледники в Арктике и ледяная поверхность Антарктиды. Вечная мерзлота тоже тает, а ее таяние – это не просто экология, это геополитическое явление, дающее кому-то новые возможности, а кому-то очень серьезные проблемы.
Некоторые возможности не только видны, они уже используются. Время замерзания морей за Полярным кругом становится заметно короче. Продолжительность навигации по так называемому Северному морскому пути в некоторых местах раньше составляла всего два месяца, теперь почти вдвое больше, а и образовавшийся слой льда тоньше. Похожая ситуация и на Северо-западном пути, идущем между канадскими островами. По оценкам, морские перевозки грузов по Северному морю становятся все дешевле и начинают серьезно конкурировать с путем через Суэцкий канал. Неслучайно и Китай проявляет растущее желание стать «арктическим государством», ищет нетрадиционные «шелковые пути» в Европу. Это был бы хороший бизнес и для России, потому что этот транспортный коридор находится в ее территориальных водах. Не исключено, что потепление Сибири облегчит поиск и добычу энергоресурсов, так что некоторые ресурсы станут очень близки к Китаю. Увеличивается внимание к так называемой безопасности арктической деменции, регион становится потенциальным полем битвы, возникает все больше споров по поводу раздела территориальных вод. Можно ожидать, что негостеприимный регион станет вполне сносным для жизни.
Но не все так просто. Таяние вечной мерзлоты может принести гораздо больше бед, чем пользы. А она действительно тает.
Исследовательский центр, находящийся в Нордрегио в Швеции, подготовил несколько исследований о состоянии вечной мерзлоты и ее изменениях.
Типичная мерзлота обычно начинается в паре метров под землей, в некоторых случаях ее толщина может достигать километра. Большая часть мерзлоты находится в России, она своеобразно «покрывает» даже 65 процентов, т.е. две трети территории страны. Зона вечной мерзлоты – это около 80 процентов Аляски, половина Канады, Гренландия, Исландия, часть Скандинавии. Она встречается и в Тибете, в Альпах, в Пиренеях.

На территории вечной мерзлоты проживает около 4 миллионов человек, в России – почти 2 миллиона, здесь находятся такие значимые города, как Сургут, Якутск, Норильск, Воркута. В зону вечной мерзлоты входят не только города, шахты или нефтегазовые предприятия, но и Билибинская АЭС, хранилище радиоактивных материалов на Новой Земле и многие другие важные объекты.
По мере потепления климата становится заметным вполне «бытовое» явление – мерзлота превращается в грязь – никогда не исчезающий твердый массив начинает размягчаться. Воздействие видно невооруженным глазом, появляются неровности, ямы, повреждаются дороги и железные дороги, наклоняются и рушатся дома. Поверхность земли меняет свою форму. Правда, она немного меняется каждую весну, но дома так не рушатся. Но сейчас мы наблюдаем процессы, которые действительно беспокоят.
Если уже речь идет о России, то подробных исследований мерзлоты пока нет, только сейчас в Думе появился проект по созданию системы мониторинга вечной мерзлоты, процесс должен «начать двигаться» через 3-4 года. Однако даже и без официального мониторинга, по скромным подсчетам, потери от таяния мерзлоты к 2050 году составят около 250 миллиардов евро (это 5-летний ВВП нашей страны). И это при условии, если ситуация не изменится, хотя есть все признаки показывают, что она изменится – в худшую сторону. Таяние мерзлоты уже сейчас является причиной каждой четвертой технической аварии и составляет около трети убытков в горнодобывающем бизнесе. Площадь мерзлоты заметно сокращается, так как летом в некоторых районах температура поднимается до 30 градусов. Вероятно, что тает там, где вырублены леса, поскольку они больше не защищают поверхность от солнца, а в России таких вырубленных лесов немало. Появляются ямы-кратеры. Формируются болота, озера.
Появляются новые «мичурины», которые говорят об облегчении добычи нефти и газа, другие говорят о цветущих садах и более длительном времени северного судоходства, а МЧС России готовится … к катастрофе. Ожидается, что в реках будет больше воды, повысится риск наводнений, вымывания берегов, может случиться все, что угодно плохое. Дороги и трубопроводы были построены, не предполагая, что грунт и рельеф могут так резко измениться. Трубопровод может просто потрескаться. Наибольшая угроза прогнозируется для Чукотки, бассейна реки Колымы, побережья Карского моря, Западной Сибири. Байкало-Амурская железная дорога, которую когда-то возвысила советская система, уже с самого начала строительства подвергалась «вечному ремонту», который так и не окупился, и теперь существует опасность, что БАМ совсем перестанет функционировать.

Это, скажем, технические опасности, последствия которых еще можно устранить с помощью технических средств. Железную дорогу или шоссе можно восстановить, хотя и недешево. Гораздо серьезнее биохимические последствия таяния мерзлоты. Тающая мерзлота становится крупнейшим в мире «производителем» так называемых парниковых газов. Парадоксально, но при потеплении климата выделяется газ, который еще больше способствует потеплению климата.
Упомянутые парниковые газы – это углекислый газ и метан. Их здесь может образоваться так много, что никакие европейские зеленые программы и наши экологические заботы не помогут. По скромным подсчетам, только российская Сибирь «производит» около четверти метана нашей планеты. Метан – это тот же природный газ, но здесь он поступает неконтролируемо и не в трубопроводы. Насыщенны метаном воды Обе, Лены, Енисея, некоторые заболоченные территории просто «кипят» из-за выбросов метана.
В своем последнем отчете Межправительственная группа экспертов ООН по изменению климата (IPPC) прогнозирует, что так называемый арктический регион будет «производить» около 10-16 миллиардов тонн газа в год (в так называемых эквивалентах углекислого газа, реально половина этого газа – метан, половина – углекислый газ). Для сравнения можно сказать, что согласно оценкам, человеческая деятельность во всем мире (антропогенный фактор) производит около 48 миллиардов. Так что арктическая часть впечатляет, и мы не уверены, что за счет сокращения выбросов парниковых газов в наших экологических странах мы сможем компенсировать выбросы в Арктике.
В то время как российские власти небрежно относятся к проблемам вечной мерзлоты, местные ученые создают иногда просто фантастические планы по сохранению (или восстановлению) Сибири. Вот д. Сергей Зимов, проживающий в городке Черский в Якутии, утверждает, что раньше Сибирь была степью, и эту степь теперь можно восстановить. Луга поглощают углерод намного лучше, чем деревья, поэтому нужно больше лугов, чем лесов (ага, а как насчет тех прямых солнечных лучей, которые растапливают). На территории площадью 14000 гектаров ученый основал так называемый Плейстоценовый парк – небольшую степь, населенную множеством животных, в том числе зубрами. Мечта Зимова – клонировать мамонтов, генетического материала у нас уже достаточно. (Интересно, что городу было присвоено имя Йонаса Черскиса – боярина, путешественника и ученого Великого княжества Литовского, бунтаря восстания 1863 года).
Это проекты ученых-экологов. А что насчет геополитики?
Известный российский политолог Дмитрий Тренин когда-то намекнул, что если бы царь Петр был более проницательным в начале XVIII века, столицу нужно было перенести не к Балтийскому морю, а к Тихому океану. Владивосток сегодня был бы намного лучше, чем Санкт-Петербург. Тогда и война против Японии была бы выиграна, и Китай вел себя менее дерзко.
Суть Российского государства – управление как можно большей территорией. Россия правит Сибирью, но так ее и не освоила. Китаю также нужна территория, особенно территория, богатая ресурсами, поэтому потепление Сибири для него заманчивая перспектива. Следовательно, конфронтация между Россией и Китаем в этом регионе может усилиться, а прогноз больше в пользу Китая. Сибирь близка к Китаю, россиянам – далеко, на окраине. Обе страны, Россия и Китай, схожи в своем мышлении, поэтому, вероятно, компромисс найти будет сложно.
В длинном и туманном сериале российско-китайских отношений в продолжениях недостатка не будет. Хотя этой Сибири вроде бы не так уж и мало … Правда и то, что Россия уже более двухсот лет знает, что она самая богатая страна в мире с точки зрения ресурсов … но простые россияне от этого не становятся богатыми.
В начале текста мы упоминали о том, что теплеющая Арктика становится полем войны. Территории, которые раньше никого не интересовали, становятся значительными, перерисовываются карты суши и воды. А здесь и геометрических курьезов бывает немало. В конвенциях об определении границ обычно говорится, что море между двумя странами разделяет линия, перпендикулярна береговой линии. Логично было бы думать, что линии должны «сходиться» на полюсе, но так не написано и иногда они … не сходятся.
Каждый, кто знаком с геополитикой легко ответит на вопрос, почему бывший СССР и нынешние российские базы подводных лодок находятся на Кольском полуострове. Так вот поэтому. Ведь это единственный способ для российских кораблей выйти в Атлантический океан, не «мучаясь» с проливами Балтийского или Черного моря. Баренцево море и так не замерзает, но потепление окружающих вод создает соблазн расширить военную инфраструктуру в регионе.
На очень далеком севере находится земля Франца-Иосифа – архипелаг из 85 островов, открытый полторы сотни лет назад австро-венгерскими энтузиастами полярных исследований (отсюда и название). Архипелаг много лет принадлежал России и только, без особой выгоды. Но сейчас заметно оживление – появилась военная база с аэропортом. Длина взлетно-посадочной полосы (3500 м) позволяет принимать крупные транспортные самолеты (Ил-76) и стратегические бомбардировщики (Ту-95). Пока что база может вместить до 150 человек, но это только начало. Не так давно базу посетил сам Владимир Путин, прибыв на уже упомянутом самолете Ил-76. Так что дело не просто так. Архипелаг российских военных баз – от Мурманска до Чукотки – значительно разрастается.
В любом случае Арктика все чаще упоминается в дебатах о политике безопасности. Так что и политический климат там нагревается.
Egidijus Vareikis

Autorius:
Voras Online
Žiūrėti visus straipsnius
Palikite komentarą

Autorius: Voras Online