Начало войны – конец войны

В каком-то смысле мне очень повезло. После восстановления независимости Литвы я получил прекрасную возможность изучать вопросы международной безопасности в уютной и мирной Швейцарии. Мировая политика, наблюдая с берегов Женевского озера, выглядела совсем …

В каком-то смысле мне очень повезло. После восстановления независимости Литвы я получил прекрасную возможность изучать вопросы международной безопасности в уютной и мирной Швейцарии. Мировая политика, наблюдая с берегов Женевского озера, выглядела совсем не так, как мы ее видели в Литве с еще не выведенной оккупационной армией.
Один из семинаров женевские профессора посвятили дискуссии о том, была ли у Ленина, Сталина, Брежнева и т.д. какая-либо долгосрочная стратегия развития своей страны или все, что они делали, было просто поведение «в соответствии с ситуацией»?
Знаю, что даже и сегодня я встречу немало людей, которые верят, что в умах этих дьявольских гениев с самой ранней молодости созревали планы уничтожения наций, депортаций и планы создания других империй страха. То, что мы – литовцы, поляки или венгры – уже давно были включены в списки предполагаемых жертв. Мое мнение было другим. В ХХ веке, после Первой мировой войны, Россией завладели жадные невежды. Они хотели власти и чести, но не умели вести себя иначе. То, что они делали, не только нелогично, это просто глупо; наконец, они сами себя уничтожили. Им нужно было все здесь и сейчас, а это можно получить, похищая, уничтожая, порабощая …
Я должен был написать текст о праздновании окончания войны, так что об этом и будет речь. Но с этим концом (и с началом) сложно. Мы все стали настолько умными, что уже ничего не знаем. Знаем, что Вторая мировая война была довольно ужасной, но знаем ли мы, когда она началась и когда она закончилась?
Вы скажете, исторические факты не могут превратиться в какие-либо художественные интерпретации, но они уже превратились в такие. Если вы учились в советской школе, и хотя бы одним глазом видели учебник того времени, то вы помните, что война началась в июне 1941 года и была великой родины великой войной, которую эта родина выиграла. Из менее педагогически советских источников вы знали, что она началась с нападения на Польшу в 1939 году, и что СССР задолго до той войны ради родины помог Гитлеру уничтожить Польшу, напал на Финляндию, аннексировал страны Балтии и Бессарабию.
Недавно российские источники решили, что вышеупомянутая война была начата Польшей, оккупировавшей небольшую часть Чешской Республики. Или, может быть, война началась еще раньше, с какой-то авантюры Муссолини в Абиссинии или китайско-японского конфликта.
Ненамного яснее с концом войны. Пару недель назад была возможность упомянуть даже две капитуляции Германии, после которых так и осталось неясным, которая из них была легальной, и когда эта война закончилась. Помню, что немецкий супер-летчик Эрих Хартманн, который уничтожил 352 вражеских самолета, 8-ого мая сбил последний советский ЯК, видел могилы советских солдат, где дата гибели – 9-ое мая, а где еще война в Азии, где еще сопротивление оккупации. Для литовца эта война, вероятно, закончилась выводом русской армии, если уже это так … Японцы формально еще не закончили войну – вопрос о северных территориях остается открытым. Может быть, пропагандистский штамп Москвы и правильный — это день победы СССР, но не дата окончания войны.
И когда вообще войны заканчиваются? И как? Тем, кто менее знаком с теориями войны и мира, я напомню, что очень интересно в этом отношении учение об окончании войны немецкого военного теоретика XIX века Carlo von Clausewitzo (Карла фон Клаузевица). Он выделил два окончания войны или две цели войны. Одна (называемая Ziel) является доказательством превосходства, преимущество, которое позволяет диктовать политические условия, другая (по мнению Клаузевица – Zweck) – это послевоенное политическое решение – примирение воюющих сторон.
По его словам, победа в войне — это плохо, потому что победа сеет семя для нового конфликта, реванша, недовольства существующим мировым порядком. По словам Клаузевица, единственным хорошим концом войны является мир. На войне надо думать о том, как мы будем жить после войны. В этом месте миссия сильного состоит в том, чтобы протянуть руку слабому и дать ему респектабельную альтернативу дальнейшей жизни. Но Карл Маркс и его более поздние ленинско-сталинские последователи на этом этапе должны были бы утверждать, что проигравший просто подчиняется политическим решениям победителей. Их справедливость или несправедливость не имеет ничего общего с моралью – они продиктованы самим Марксом якобы обнаруженными законами исторического процесса.
В любом случае, история XX века больно и в то же время вселяя надежду подтвердила правдивость Клаузевица. Главная ошибка конца Первой мировой войны заключалась в том, что проигравший должен был принять на себя всю вину за войну. Конец войны был не миром, а наказанием. Это один из факторов, который впоследствии породил нацистский реванш. Вторая мировая война закончилась для Востока по-марксистски, для Запада – по-клаузевицски. Советский Союз победил всех противников и навязал им свой порядок. США и их союзники бывших противников превратили в союзников, включив их в созданную ими систему безопасности. Восток, в конечном счете, стал империей, завоевавшей добычу, Запад – союзом демократических государств. Именно те, кто примирились, скорее стали превосходить тех, кто свою дальнейшую политику мотивировал победой и капитуляцией противника. И, кстати, учение Клаузевица, похоже, во многом напоминает идею христианства о создании вечного примирения или мечты Иммануила Канта о законном создании Вечного мира.
Но вернемся к началу. Была ли у СССР своя великая стратегия? Поистине, СССР был страной, которая за десятилетие несколько раз меняла свою ориентацию. Начав войну как союзник Гитлера, он позже стал яростным противником его, а после войны стал противником тех, с кем он сформировал так называемую антигитлеровскую коалицию. Итак, против кого сражался и кого победил, а, может быть, просто не выиграл все, что хотел. Миром не завладел – простакам политики пришлось считаться с политическими джентльменами?
Но простаки и сегодня не изменились. И для современной России нет другого смысла конца войны, кроме смысла победы. СССР, выиграв войну, просто взял геополитическую добычу войны. По сути, после 1990 года, когда рухнул так называемый Восточный блок, а позже и самому СССР стало совершенно неясно, а что же на самом деле СССР выиграл? А если не выиграл, то и эта победа какая-то странная…
Холодная война для Советов была подготовкой к Третьей мировой войне, которая также должна была закончиться победой. Такая, возможно, и была в стратегических планах. Однако холодную войну советское государство тотально проиграло. Запад (в данном случае победители) предлагал русским мир – приглашение в западное сообщество, но нынешняя Россия не ценит этот мир, она все еще чувствует себя как государство, которое проиграло и должно каким-то образом взять реванш. Взять реванш у кого, бывших союзников Второй мировой или противников холодной войны, украинцев, поляков …?
И как теперь с этой переписываемой историей – гениальный план или еще одна глупость простаков. Праздновать можно. Если хочешь, причину найдешь, найдешь и кто будет приветствовать или «участвовать», даже когда свирепствует пандемия. Но главное не это. Гораздо важнее понять, что сегодня Россия по-прежнему страдает от травмы распада СССР. Распад бывшего советского государства воспринимается большинством россиян (даже тех, кто не обязательно любит Путина) как поражение, после которого мир не заключен. Россия чувствует себя несчастной, а это означает ожидание какого-то продолжения, какого-то реванша.
Легко было бы сказать ей – чувствуй себя счастливой, так и должно быть. Но мы не очень знаем, какой должна быть эта Счастливая Россия, которой не хотелось бы мстить, грабить, которой не хотелось бы отдать власть малограмотным простокам. Или, может быть, мы знаем, но не смеем сказать … Но это уже другая тема.
Эгидиюс Варейкис

Autorius:
Voras Online
Žiūrėti visus straipsnius
Palikite komentarą

Autorius: Voras Online